Статьи

Под прикрытием

/ 13.04.2008 / 19:09

Автор: Марина Ясинская

Художник: Александр Татаренко

Лестничная площадка стандартной панельной многоэтажки ничем не отличалась от сотен тысяч прочих: немытая с момента постройки, изрисованная непризнанными мастерами граффити, выросшими на таких же вот пропахнувших забившимся мусоропроводом и общественным туалетом площадках, скупо освещаемая одной-единственной лампочкой, слабенькой, ватт на сорок, — в общем, самая обычная площадка.

«Чтоб не сперли», — догадался Баз, разглядев, что и без того маломощная лампочка нарочито измазана какой-то гадостью. Еще раз осмотрелся и тут же одернул себя: «Ну что я как в шпионских фильмах, в самом деле!». Выдохнул — и решительно позвонил в дверь.

 

Отозвались немедленно — как будто за дверью стояли, дожидаясь его.

— Кто?

— Баз, — спокойно ответил он.

— От кого? — судя по голосу, говорящий был еще совсем молод.

— От Аксена.

— Что он сказал?

Ситуация начинала его забавлять. «Сколько же им лет? Пятнадцать? Двадцать? Прямо тайное общество какое-то. А я участвую в дешевой пьесе под названием «Явка на конспиративную квартиру». Хм, лучше не шутить — у меня все-таки дело. Да и неизвестно, как обстоят дела с чувством юмора у юных подпольщиков».

— Передавал привет Атилле.

За дверью царила тишина. «Что-то неправильно сказал? Да нет вроде... И что дальше? Ждать? Или снова постучаться?».

Мягкий металлический щелчок открываемого замка прервал его размышления. В узенькой щелке показался огромный силуэт, который никак не вязался с юным голосом, допрашивавшим его минуту назад.

— Флэшку давай! — раздался низкий бас.

Нелюбезный тон База не задел. Он поднял руки и завел их за шею — расстегнуть цепочку. Флэшку он повесил на шею после того, как ему строго-настрого запретили класть ее в карман. «Почему?», — поинтересовался он, зная, что вреда от того пластиковому брелоку не будет. «Потому что когда полезешь в карман, то этот жест могут расценить как угрожающий».

Дверь захлопнулась перед носом — снова самым нелюбезным образом. Баз занервничал — ему было очень надо попасть внутрь, но спустя пару минут дверь снова открылась — теперь уже достаточно широко, чтобы впустить его.

— Проходи.

...Обычная однокомнатная квартира, окна наглухо закрыты плотными шторами, из мебели — потертый диван и раскладывающееся кресло, пара полок со всякой чепухой, несколько стульев, три стола, и на каждом из них, в густых зарослях проводов и приборов, — ага, вот оно — по ноутбуку! Toshiba, НР и Acer. Неплохо, неплохо, господа подпольщики!

Худощавый голубоглазый паренек, не отрывая глаз от экрана Асера, обратился к Базу:

— Тебе Аксен лично флэшку давал?

— Да, лично.

— Где?

— В «Подвальчике».

— Как он выглядит?

— Кто?

— Аксен.

Баз начинал злиться — игры с проверками затягивались. Хотя... может, именно так они и проверяют? Он заметил, что парень оторвался от монитора и настороженно смотрит на него.

— Во-первых, выглядит хорошо. Во-вторых, было бы куда лучше, если бы она иногда вспоминала, что она — девушка, и вела себя соответственно. В-третьих, я готов заплатить большие деньги и сюда не с улицы пришел, так что, может, хватит уже?

Повисла напряженная тишина. Или, может, это ему кажется, что она — напряженная?

— Я — Атилла, — сказал наконец парень и снова отвернулся к монитору.

— Оскол, — обладателю густого баса пристало бы позировать для рекламы боев без правил. — А это сестренка моя, Леся.

«Совсем ребенок», — подумал Баз, глядя на робко улыбнувшуюся ему девчонку.

— Ладно, давай к делу. — Оскол деловито уселся у свободного ноутбука. — Тебе в сеть надо, так? Что именно?

— Правительственные сайты.

— Слушай, Баз, ты вообще откуда такой простой? — присвистнул Оскол. — Ты знаешь, какая там охрана? Да КОСБ нас накроет просто за то, что у нас компы дома. Десять лет добавит за выход в Интернет. А уж если я попытаюсь на любой правительственный сайт зайти — то нам всем пожизненный срок как пить дать обеспечат.

— Мне надо как раз на сайт КОСБ, — сказал Баз.

— И ты ожидаешь, что я буду подставлять свою шею за пятьсот евро?

— Это ваша стандартная ставка.

— Ага, но только большинство экстремалов ограничиваются чем-нибудь менее криминальным — просят скачать программу-другую, на e-bay поглядят, подпольное радио послушают, наконец. — Оскол помолчал, потом продолжил: — Доступ на сайт КОСБа закрыт паролем. Каждый вход регистрируется. Любое неавторизированное проникновение отмечается, отслеживается машина, с которой вошли, — и через полчаса тебе под балконом будут петь серенады полицейские сирены.

— Семьсот, — тихо ответил Баз.

— Ты думаешь, я тут так распаляюсь, чтобы цену набить? — возмутился Оскол.

— Тысячу.

Оскол замолчал. Атилла, уже давно прислушивавшийся к разговору, обернулся к Базу.

— Слушай, — поинтересовался он, — а зачем тебе так рисковать? Что, жить на воле надоело?

Баз снова напрягся. Что делать — сыграть в откровенность или еще раз жестко обрезать?

— Младший брат у меня встречался с девчонкой, а она как раз в андеграунде была. Ничего особо криминального не делали. Так, в «Дум» по сети играли, в Интернет заглядывали. А потом кто-то из их компании КОСБовцам стукнул. Всех забрали. Мы о брате ничего не знаем уже больше года.

Баз огляделся, оценивая произведенное впечатление. Должно сработать — Атилле вряд ли больше двадцати, так что его подобная история пока еще проймет, да и давно он в подполье, наверняка не в первый раз такое слышит. Леся вообще вон того и гляди расшмыгается — девчонка еще, глупая да впечатлительная, разумеется, растрогается. Оскол, правда, постарше, поциничнее да поосторожнее. Но, может, на него сестренка подействует.

— В общем, у них в базе данных хоть что-то найти про брата надеялся.

Пока компьютерщики размышляли, Баз встал, шагнул в сторону и осторожно нащупал сотовый, что лежал у него в кармане рубашки. Глазок встроенной в него камеры был аккурат напротив петлицы — почти час укладывал! Снять столы с ноутбуками, каждого из подпольщиков, теперь — включенный экран со страницей Интернета... Оскол повернулся к нему, и Баз немедленно вытащил как раз на такой случай заготовленную пачку сигарет.

— Можно?

— Полторы наличкой, и я ничего не гарантирую, — заявил Оскол, будто не услышав вопроса. — Идет?

Баз кивнул, убрал сигареты и полез за бумажником.

— Иди, погуляй пока, — пробормотал Оскол. — Мне тут над паролем поколдовать какое-то время придется.

Баз уселся рядом с Атиллой и протянул тому наличку.

— Еще один комп покупать будете?

— Нет, — ответил он. — Проапгрейдим наши. На Тошибе вон — стыдно сказать — даже гигабайта оперативки нету. В одном слоте 512, в другом — все еще 256. А Асер вообще до двух проапгрейдить можно, — сев на любимого конька, Атилла разговорился. — Роутер купим получше... А может, и подождем пока. HP продадим — он совсем устарел, — и купим что-нибудь поновее. Тут один предлагал Тошибу — не машина, а сказка! — голос Атиллы стал совсем мечтательным. — Матрица — пятнадцать дюймов, мультиформатный резак, встроенный кард-ридер, выделенная графика. Такого на черном рынке и не сыщешь.

— Ты же внешний винт обещал, на пятьсот гигов, — вмешалась Леся. — И мне мышку игровую.

— Ничего, Лесь, все купим. Мышка никуда не денется, а вот такой ноутбук не так просто найти в наше время, так что надо брать пока есть.

— Слушай, откуда вообще их берут? — закинул удочку Баз.

— Да кто откуда. Кто-то списанные с органов умудряется заныкать, у кого-то связи на таможне — на границе знаешь, сколько конфискуют? Потом криминал на этом подрабатывает иногда — ограбят да перепродадут. Короче, по-всякому.

— А новые компы тебе видеть приходилось?

— Да ты и впрямь наивный! Откуда в наше время у частного лица возьмется просто комп, не говоря уж о новом? Я слышал, даже самым большим шишкам дома компы держать запретили. И КПК, и электронные записные книжки. Даже сотовые только те, что без коммуникаций, чтоб, не дай бог, не было никакой возможности в Сеть войти. Я такой сотовый только раз и видел — ну, с выходом в Интернет. Приятель мой где-то достал. Довольный был — целых два дня. На третий КОСБовцы засекли. Он даже еще и не разобрался, как им пользоваться, — ведь сколько уже времени прошло, как их запретили! Шесть лет дали, гады. А успел бы разобраться, как работает, — так и все десять схлопотал бы... Уроды! — с чувством выплюнул последнее слово Атилла и вздохнул. — И зачем только создали этот КОСБ? Весь мир ушел чуть не в космос, а мы из-за них старьем перебиваемся.

Зачем создали? Это Баз знал хорошо — еще со школы. Пятьдесят лет назад на очередных выборах к власти пришла партия радикалов с актуальным лозунгом «Остановим демографический кризис» — она получила абсолютное большинство в стране, население которой уменьшалось из года в год. Нация вымирала такими темпами, что наконец-то это осознали даже рядовые граждане.

У радикалов были свои представления о корне демографического бедствия: по их мнению, в этом была повинна не только чахлая экономика, но и чрезвычайная зависимость населения от телекоммуникационных средств. Люди не заводили детей не только потому, что не могли их вырастить, но и потому, что просто разучились находиться друг с другом, предпочитали виртуальность реальности. Всемирную сеть и компьютерные игры провозгласили самыми страшными национальными бедствиями. «Интернет и компьютеры — это наркотики нового времени», — гремели с трибун новые вожди.

И началась бескомпьютерная эпоха. Сначала запретили доступ в Сеть. Затем изъяли все компьютеры из частного владения. После наступил черед для прочих средств связи, за исключением домашних телефонов и самых простых сотовых, примитивных звонилок. Ах, какой был спрос на все старые модели Нокиа, пока новое правительство не ввело такие тарифы, что это стало не по карману!..

Предприятиям компьютеры оставили — для блага производства, но пользование ими было серьезно ограничено. Доступ в Интернет имели лишь некоторые государственные органы. А для контроля за неукоснительным соблюдением новых правил не только ввели систему суровых наказаний, но и создали Комитет Обеспечения Социального Благополучия — и наделили его такими полномочиями, каких не видали со времен НКВД.

Именно создание КОСБ привело к появлению организации сопротивления БИС — Борцов за Информационную Свободу. Они заявляли о нарушении прав человека, о том, что с появлением КОСБа в стране наступил очередной тоталитарный режим, и о необходимости отстаивать свободу информации. Расправлялись с БИСовцами жестко. А как же иначе обезопасить страну, в которой только-только наметились позитивные сдвиги, — за первые два года радикалов у власти темп падения рождаемости существенно замедлился, и даже инфляция вела себя прилично.

Для ускоренного вывода страны из демографического кризиса КОСБ провел через Парламент новый закон, скопировав с точностью до наоборот относительно эффективную систему Китая. Каждая семья должна была завести троих детей. Если хочешь иметь двоих — плати пошлину. Хочешь только одного — плати еще больше. Вообще не хочешь детей? Ну, столько денег рядовой гражданин не найдет. А родишь больше троих — государство будет выплачивать материальную помощь. И чем больше родишь, тем больше получишь.

Однако андеграунд не исчезал. Всегда находились бунтари, романтики и дельцы, которые из года в год пополняли ряды подполья и подрывали шаткое благополучие страны. Баз слышал об этом с детства — его отец всю жизнь проработал оперативником в отделе по борьбе с андеграундом, и Баз пошел по его стопам.

Собственно, это было его первое задание после выпуска из закрытой КОСБовской школы. За три нелегких года Баз в совершенстве освоил всю запрещенную технику. Он изучал программирование и web-дизайн, слушал лекции по софту, «железу» и сотовым телефонам, писал рефераты по истории и культуре андеграунда, часами сидел на практических занятиях в Интернете. Затем последовала тщательная подготовка к оперативной деятельности: он полгода внедрялся в подполье, заводил знакомства, осматривался, привыкал к своему «нику» — какой же уважающий себя подпольщик будет пользоваться реальным именем?

Наконец — первое задание: КОСБ проверяет надежность систем защиты своего сайта, и он, Баз, вместе с десятками других сотрудников выходит на тех, кого раньше называли хакерами... Только он представлял их себе иначе — этакими деградирующими эгоистами, не пекущимися о благе общества, а не самыми обычными своими сверстниками, а в случае с Лесей — практически детьми.

— Опа! — вывел его из размышлений радостный голос Оскола. — Милости просим!

— Неужели взломал? — недоверчиво спросил Баз. В глубине души он был уверен, что ничего выйдет — разве какой-то хакер-самоучка сможет обойти целую команду высококвалифицированных специалистов КОСБа? С другой стороны, теперь его миссия завершена — налицо полный состав преступления, так что подпольщики не отделаются лишь статьей за хранение компьютеров.

— Готово, — Оскол был горд собой и даже не пытался это скрывать. — Пользоваться-то умеешь, или тебе помочь?

— Умею, — ответил Баз, усаживаясь перед ноутбуком, — Но если тебе интересно — присоединяйся.

— Да что я там не видел! — небрежно отмахнулся он.

— Так ты там бывал? — удивился Баз и незаметно проверил, работает ли еще притаившийся в одном из многочисленных карманов диктофон — такое надо записать!

— Бывал. И не раз. Только каждый раз приходится взламывать по-новому — они регулярно меняют пароли. Короче, давай, ищи, отвлекать не будем. Если чего скачать надо — зови, — и, увидев, как Баз слегка приподнял брови, добавил: — О’кей, на флэшке Аксеновской места полно, сейчас я тебе только USB освобожу. — Он повозился в зарослях проводов, подмигивающих лампочек и тихо жужжащих механизмов, и наконец вытащил один кабель из порта.

Баз делал вид, что внимательно листает страницы сайта, и размышлял о том, что его первое задание прошло безупречно. Теперь только надо посидеть из приличия хотя бы с полчаса, скачать что-нибудь для виду и раскланяться.

Прошло всего несколько минут, как Баз понял — что-то не то. И это не имело отношения к его заданию. Он ничего не забыл — диктофон включил, нужные вопросы задал, фотографии сделал, подпольщиков не спугнул. Но что-то было не так.

А что-то не так было с сайтом КОСБа. Каждый его рабочий день начинался с посещения сайта, он знал его вдоль и поперек, и мог безошибочно указать полинковый путь к любому документу. То, во что он бездумно глядел сейчас, совершенно точно было сайтом КОСБа, но только откуда-то взялись линки и разделы, которых он прежде никогда не видел, — подробные анкеты всего персонала, раздел финансов, списки конфискованного имущества, результаты тестирования новейшей аппаратуры, проекты, архивы с грифом «государственная тайна»...

— Ты какой доступ взломал? — спросил Баз, только потом сообразив, какую совершил глупость.

Оскол внимательно посмотрел на База и ответил:

— Кого-то из высших исполнительных лиц. Оптимальный вариант. Они вхожи во все базы системы. Доступ рядового сотрудника тебе показал бы, дай бог, половину. А что?

— Да нет, просто интересно, — пробормотал Баз. Он уже зашел в архив и погрузился в пучину информации. И чем дальше он читал, тем больше понимал, что забирается в трясину, из которой так просто уже не выберется. Строчка за строчкой рушили все то, на чем незыблемо покоился его мир. За КОСБом стояли не благородные идеи спасения народа и даже не политика. Все было проще и циничнее — деньги. Большие деньги.

Пятьдесят лет назад НИИ «Марс», засекреченный еще с советских времен, разработал процессор нового поколения, рядом с которым самые передовые, самые смелые разработки Intel смотрелись как дирижабль против истребителя. Новый процессор почти запустили в производство, но до дела так и не дошло. Не сломленный многократными принудительными разделами в прошлом, мировой монополист Майкрософт к тому времени давно завладел всеми компаниями, производство и деятельность которых имели хотя бы какое-то отношение к софту или железу, и те, сохранив лишь свое название, стали не более чем отделами и департаментами в огромной системе. Революционное же изобретение давно забытого всеми НИИ могло стать началом конца мирового господства Майкрософта. Корпорация предлагала любые деньги за разработку. Не преуспев, предложила неменьшие деньги за хотя бы уничтожение уже выпущенных процессоров и всех разработок, с ним связанных.

Вечно пустая казна государства не могла так просто отмахнуться от баснословной суммы, предложенной Майкрософтом. А уж когда щедрые предложения поступили вполне конкретным людям, не упускавшим возможности урвать лишний кусок, вопрос решился окончательно. Не строя иллюзий о стране, которая никогда не знала порядка, Майкрософт потребовал кардинальных мер. Тогда-то и наступила в стране новая, бескомпьютерная эра. Разумеется, под нее подвели более-менее внятную политическую базу, прикрылись благородными лозунгами... и поделили прибыль.

— Эй, ты в порядке? — Атилла слегка потряс его за плечо. Тут Баз сообразил, что его давно уже о чем-то спрашивают. Ошалелыми глазами он посмотрел на подпольщиков:

— И вы это знаете? И все в андеграунде знают?

— Ну нет, не все, — ответил ему Оскол. — Не всем это надо. Кому-то просто хочется острых ощущений. Для других это бизнес. Для третьих — хобби. Но БИСовцы знают. Почему, ты думаешь, мы не перевелись за полвека КОСБовских чисток? Не будь здесь настоящей идеи, не нашлось бы желающих пополнять ряды и рисковать своей жизнью. Ведь что получается? Нас в очередной раз обманули — как это по жизни неоднократно с нами проделывало наше разлюбимое руководство. Революционеры, демократы, реформаторы, радикалы — нас раз за разом обводят вокруг пальца, а мы? Мы на ошибках не учимся, и все послушно перевариваем.

В голове База царил полный хаос. Он все сидел и сидел перед экраном, уставившись в одну точку.

Наконец безумный бег мыслей немного замедлился. Баз огляделся — компьютерщики, по-видимому, решили, что надо дать ему время прийти в себя, и занялись своими делами: Атилла и Оскол сидели у экранов, а Леся устроилась в кресле и листала журнал. «Компьютерный журнал», — механически отметил еще одно нарушение Баз и усмехнулся. Пора.

— Спасибо, — произнес он и направился к выходу.

— Нашел что искал? — не отрываясь от монитора, спросил Атилла.

— Даже больше, — ответил Баз, задержался у двери, обернулся и нерешительно спросил:

— Я к вам еще загляну?

— Без проблем, — откликнулся Оскол, а Леся помахала ему рукой на прощанье.

Словно во сне Баз вышел на тускло освещенную площадку, глубоко вдохнул и поперхнулся — концентрированный аромат подъезда не растерял своего изысканного букета; вынул из кармана сотовый и удалил фотографии, затем достал диск из диктофона, разломил пополам, бросил обломки в мусоропровод и вызвал лифт.

Промозглый ветер ударил в лицо осенней моросью, едва только Баз вышел на улицу, и это привело его в себя. Он понятия не имел, что ему теперь делать, но точно знал, что будет менять работу.

 

Оскол проводил взглядом удалявшегося к остановке База, отошел от окна и снял трубку телефона:

— Да, товарищ майор, ушел... Нет, непригоден... Проверку провалил по всем статьям... Да, товарищ майор, стер снимки с сотового и выбросил диск диктофона... Да, прочитал архивы... Ну что ж, не первый и не последний. Изолируете.

ОБ АВТОРЕ: ЯСИНСКАЯ МАРИНА ЛЕОНИДОВНА

По образованию — юрист и лингвист. Участвовала в нескольких программах обмена с США. В настоящее время получает звание магистра международного права в Университете Альберты в Канаде.

В прошлом пробовала себя в журналистике. На данный момент писательство — всего лишь увлечение. Участвует в сетевых литературных конкурсах, и с каждым хорошим результатом увлечение становится все серьезнее.

blog comments powered by Disqus
Обратная связь
Имя
E-mail
Сообщение:

Отправить